Бахтиер Эргашев: инициатива в глобальных делах переходит к “коллективному не Западу”

Приоритеты безопасности – одна из основных тем (если не основная) встреч в различных форматах на евразийском пространстве, которая затрагивает самые глубинные аспекты этого вопроса. Действительно, когда мы смотрим на вопросы, которые обсуждаются в формате ШОС, БРИКС, Примаковских чтений, то мы видим как возрастает роль и региональных структур.

Впервые в этом году на Примаковских чтениях не было панели по европейским делам, много уделялось времени обсуждению Евразийского вопроса и реализации концепции дальнейшего развития вместе с партнерами по ЦА. Встречи становятся все боле концептуальными, а вопросы глобально сводятся к формированию новой мировой экономической архитектуры, векторам взаимодействия стран Большой Евразии, полицентричному миру и влиянию современных кризисов на будущие контуры европейской безопасности.

О необходимости стратегических инициатив, новой экономический архитектуре и позиции “коллективного не Запада” — директор Центра исследовательских инициатив Ma'no Бахтиёр Эргашев.

Как вы относитесь к инициативам, которые были выдвинуты на Примаковских чтениях? Насколько важно для стран ЦА активно поддерживать инициативу, которую озвучил в начале 2024 года В.В. Путин — необходимость создавать евразийскую коллективную безопасность, которая должна стать собственностью этого богатейшего и крупнейшего континента, являющегося центром мирового развития. Но с другой стороны — не закрываться и от других регионов.

— Примаковские чтения на сегодня стали крупнейшим научно-экспертным сообществом, платформой, которая объединяет экономистов, политологов, культурологов, государственных служащих и аналитиков. Это одно из крупнейших событий в глобальном научно-аналитическом сообществе, а в рамках “коллективного не Запада” — Глобального большинства, это наиболее авторитетная и серьезная научно аналитическая площадка на сегодняшний день. И там происходят серьёзные изменения. Примаковские чтения 2024 года являются наиболее концептуальными, с точки зрения того, что обсуждались глобальные концепции, которые предлагает “коллективный не Запад” для разговора на самых разных уровнях.

В этом году почти не было Европы. Это является признаком того, что Европа и в целом Запад как в экономике, так и в других сферах, становятся менее важными субъектами глобальной игры, и на фоне появляющихся новых субъектов со стороны “коллективного не Запада” (Глобального большинства) их роль и значение снижается. Это еще один из показателей того, что Примаковские чтения могут подсветить эту разницу. Конечно, эксперты различных сфер и разных стран, принимая участие в Примаковских чтениях, учувствуют в процессе обсуждения и формулирования имеющих глобальное значение инициатив, идеологических концепций. Главный принцип - не стоять в стороне, а участвовать в обсуждении новых идей и концепций.

Как вы оцениваете то, что формируется новая экономическая архитектура и принцип новой евразийской коллективной безопасности, которая должна стать собственностью этого богатейшего и крупнейшего континента? Что, на ваш взгляд, является постулатом безопасности в 2024 году для стран ЦА и России?

— Сжатый, сфокусированный и глубокий формат дискуссий на высшем уровне позволяет нам рассмотреть формирующиеся интеграционные объединения на пространстве Большой Евразии и более глобальном плане. Формат ШОС – пожалуй отражает то самое широкоформатное “Я” евразийских стран, которое с каждым разом становится все сильнее и широкоформатнее, расширяясь не только за счет новых членов, но и за счет новых сфер и направлений. Экономический трек становится не менее важным, чем трек по безопасности.

Насколько страны ШОС готовы включиться в процесс формирования этой экономической архитектуры?

— Ответом на этот вопрос может служить Астанинская Декларация.

Она серьезно, открыто и недвусмысленно говорит о единой и неделимой безопасности. То есть инициатива (концепция) Президента России в рамках декларации получила свою юридическое закрепление. Тем самым это подтверждает готовность лидеров ШОС к принципам единой неделимой Евразийской безопасности.

Концепция начинает обретать формально юридические нормативные признаки, которые делают ее уже не объектом интеллектуальных дискуссий, но и заявлением ведущих держав, которые намерены идти по пути единой и неделимой безопасности для Большой Евразии. И нужно понимать, что Евразия — это и Европа в том числе. То есть, Европа тоже получила приглашение к диалогу и к дискуссии. Но готова она или нет — другой вопрос. Может быть, евроатлантические связи для них важны, но не менее важными должны быть и евразийские дела и процессы, в частности в сфере безопасности. Нужно вести диалог.

Как мне представляется, идея поддержана, инициатива поддержана, и так как она уже вошла как часть в Астанинскую Декларацию, мы можем говорить, что эта идея будет развиваться дальше и находить своих сторонников и противников.

Если раньше Европа приглашала к диалогу, то теперь Европу саму приглашают к диалогу?

— Сейчас инициатива на стороне “коллективного не Запада” (Глобального большинства). Именно они являются инициатором тех или иных инициатив глобального характера.

Если взять G7, НАТО и БРИКС, ШОС — разница очевидна. В ШОС и БРИКС нет диктата определенных стран, в отличие от НАТО. Всем понятно, кто определяет всю повестку дня и деятельность НАТО. Это иерархическая и неравноправная система. В отличии от ШОС, где все страны уважают друг друга и решения принимаются консенсусно.

Сравнить БРИКС и G7 — в G7 всем понятно кто формирует повестку — остальные послушно голосуют. В БРИКС такого нет — у всех равные голоса и идут серьезные равноправные дискуссии для принятия решений.

Два мира — две системы принятия решений. Два мира — две системы организации и институтов. Да, в этих условиях институты, которые предлагает “глобальный не Запад” оказываются наиболее эффективными, потому что они более равноправные и консенсусные. И инициатива в глобальных делах переходит к “глобальному не Западу”.